Александр Макарофф

 

Охренжуйские страсти 

 
 

 

Глава I, в которой ревёт огромный мужик, а мы не знаем почему


Отчего же? Отчего же, стоя среди фиолетового песка моей родной планеты, Охренжуй рыдал, как девчонка, этот загорелый мужчина с обветренным лицом? Почему этот суровый, огромный и чуть седоватый детина размазывал по лицу собственные сопли? По какой такой причине гроза галактик и туманностей стоял, сопел и дёргал всеми плечами? Как так сложились обстоятельства, что боевой галактический коллекционер Стасик распустил нюни и те ветвисто повисли на моей космической куртке?


Глава II, в которой многое проясняется


Ныл же он вот почему. Пираты со сравнительно соседней планеты Хрущ увели из под его обветренного носа урожай ухрошиков, который Стасик долго и кропотливо собирал по всем окрестным туманностям. И ладно б одни ухрошики, подумаешь! можно было бы и ещё разок собрать, но беда не приходит одна. Вместе с ухрошиками пропал и панагаш, в который они были аккуратно завернуты.

Панагаш — это другое дело. Его невозможно так просто взять и найти. Он произрастает обычно в зарослях шмяранги, которая сама по себе весьма редка. Какое-то, довольно продолжительное время, учёные считали панагаш побегом шмяранги, что, конечно же, ошибочно.

— Ну-ну, не ной, — сказал я, выслушав нытьё друга. — Найдём мы твои ухрошики.

Я одобряюще дунул Стасика в лысину и побежал.


Глава III, в которой довольно-таки талантливо описывается сногсшибательная внешность главного героя


Не теряя ни секунды времени, я стремительно направился к своему звездолёту. Нельзя медлить, если кто-то варварски затронул честь и благосостояние моего друга!

Запрыгнув внутрь своего крылатого друга, я случайно посмотрел в зеркало, одно из тех, что щедро украшали мою «Грозу Фронтира» изнутри, и невольно залюбовался.

Да и кто бы не залюбовался этим орлом! Этим подтянутым мужчиной с обветренным лицом и квадратной челюстью!

Всякий бы залюбовался!


Глава IV, в которой пираты раздают пощёчины


В баре «Дыра» на планете Моноглаз, в котором обычно собирались пираты, — как обычно собрались пираты.

Они хрипло шутили и звонко раздавали пощёчины другим посетителям бара. Особенно в этом преуспел главный пират Крыш. Он прыгал вокруг и умудрялся раздавать пощёчины даже тем существам, у которых и щёк-то не было.

Я сел за дальний столик и принялся наблюдать. Мне важно было знать всё. Количество пиратов, их тактика, стратегия — всё имело значение. Особенно пристально я наблюдал за пиратским вооружением.

Впрочем, толком сосредоточиться у меня не получалось — только я замечал что-нибудь очень важное, как получал пощёчину, и это важное тут же вылетало у меня из головы.


Глава V, в которой я пробую договориться по-хорошему


На 28-й пощёчине я потерял терпение, и ловко схватив Крыша за руку, оторвал от неё два пальца и остроумно засунул их ему в уши.

Внезапно вокруг стало тихо. Это и понятно — не каждый день по логову пиратов шарахается их лидер с собственными пальцами в ушах.

Я ещё немного полюбовался деянием рук своих и грозно сказал:

— Ну что, пираты, где Стасиковы ухрошики?!


Глава VI, в которой опять многое проясняется


Тут пираты подскочили ко мне и вразнобой заголосили.

— Да ты чо, начальник, — кричал мохнатый пират Болбоюн, — век воли не видать, никаких ухрошиков не трогали!

— Какие ухрошики-махрошики! — выл очкастый пират Оефень, — развёл тебя Стасик, как лоха!

— Мы тут уже пять лет ниже травы! — кудахтал кудлатый Кулпат, — сидим на попе ровно!

Внезапно для меня многое прояснилось.

Кроме того, мне стало очень стыдно, поэтому я вынул из ушей Крыша его пальцы и извинился.

А теперь скорей, домой, на Охренжуй!


Глава VII, в которой мы возвращаемся домой, на Охренжуй


Прилетев обратно, я не узнал свою планету. Где же? Где же знаменитый фиолетовый охренжуйский песок? Вместо нежного цвета, столь любимого охренжуйчанами, вся планета будто искупалась в пошлом светло-зелёном акриле.

Кошмарный катаклизм? Нет! Злой умысел.

Посреди пошлого светло-зелёного песка стоял Стасик и злобно ухмылялся.

— Так вот, значит, — сказал я с горечью, — вот, значит, ты как, Стасик. Ты перекрасил охренжуйский песок. В какашечный светло-зелёный. Но почему? Почему именно в светло-зелёный?

— Почему?! — переспросил с мерзкой усмешкой Стасик, хотя явно прекрасно меня расслышал.

Вдруг Стасик распался на две половинки, и страшное чудовище выползло из него.

Оно было похоже на осьминога, с той разницей, что стояло на прежних двух ногах, а все восемь якобы ног — были руками.

— Ах вот оно что! Это всё объясняет! — хотел было воскликнуть я, но не воскликнул, поскольку тут осьминог распался.

В его ошмётках показалась довольная физиономия главного пирата Крыша.

Он подпрыгнул и поставил мне звонкую пощёчину.

Конец