Миша Павловский 


 

<Untitled> 

(Неподписанное)


Был целый период в моей жизни, когда в трудовой книжке у меня было написано: художник-фотограф. И всё равно я как-то тушевался.


Однажды ехал в поезде и разговорился с попутчиками. Это всегда ошибка. И эти ребята спросили меня: чем ты занимаешься? А я в то время работал фотографом на киностудии, и первый раз в жизни сказал: ну, я.. фотограф. Они такие: а чё настоящий? Я говорю: да. Чё баб голых снимаешь? Нет, отвечаю. Ну какой же ты тогда настоящий..


Чем дальше ты этим занимаешься, тем меньше тебе нравится то, что ты делаешь. Требования к себе ужесточаются. Сделал кадр. Смотришь: ну ничего. А зачем? и тоже с выставками. Вдруг возникает этот вопрос: а зачем? А вот книжку я бы хотел.




Общаюсь в основном с людьми, которые занимаются чем-то эфемерным, творческим. Но многие, в том числе фотографы, они, допустим, с десяти до семи: менеджеры, а после: художники. А я не верю, что искусством можно заниматься в свободное время. Интересен фатализм. Когда человек безостановочно с необходимостью отдаётся страстям, демонам внутренним. Тогда есть шанс, что это будет интересным.


В фотографии не может быть ноу-хау. Ты никого ничем не удивишь. Можно и обезьяну научить фотографировать и работать в фотошопе.


Техническое качество не может являться критерием оценки художественной фотографии. А 80% того, что сейчас происходит — гонка за техническим качеством.


Любой человек, который говорит, что с помощью фотографии можно показать внутренний мир человека — шарлатан. Я искренне так считаю.


Что такое фотопортрет? Это ответная эмоциональная реакция одного человека на другого.




Простая убеждённость в важности происходящих с тобой ощущений — вот, что важно. В противном случае всё превращается либо в красивую пафосную пустышку, либо в весёлые бессмысленные картинки.


Только вера в ценность собственного переживаний даёт тебе право как-то повышать голос. Только в этом смысл. Касается всего: театра, кино, фотографии, писательства и прочего. В тот момент, когда это становится профессией, ты начинаешь думать: ага, сейчас я сделаю так-то и так-то. Сниму сраненький сериал, заплачу за квартиру, а потом сниму гениальное.. Нет. Так не получится.


Меня иногда зовут преподавать. Я всегда говорю студентам: проблема в том, что не существует никакого канонического текста о фотографии. Есть инструкции по проявке разве что, какие-то технические пособия и т. д.


«Остановись, мгновенье! Ты прекрасно!»  — вот, собственно, «Фауст» Гёте главная книга об искусстве фотографии. Хотите стать хорошим фотографом? Читайте «Фауста».




Фотография должна быть понятна без подписи.


Название задаёт ненужные рамки. Это, как подписи в советских газетах: «Рабочие празднуют 1 Мая». Смотришь, действительно — рабочие празднуют 1 Мая. Не обманули!


У меня аллергия на проявитель, гидрохинон или пирокахетин, как называется это вещество? Неважно. Так что я никогда не проявлял свои фотографии. Лишён этой радости.


Все фотографии, что в сети и на компьютере получены гибридным методом. Сняты на плёнку, проявлены, а потом отсканированы.




Снимки обычно раскладываю по папкам: 2016 год, 2015  год и т. д. Пытался составлять какие-то серии, но потом понял, что это неинтересно.


Когда я смотрю фотографа, меня интересует поток, а не искусственное разделение по темам: городские пейзажи, портфолио и прочие папочки.


Есть фотографы, которые делают фотографии: здесь мы так-то выстроим свет, здесь поставим то-то. Это не моё. Просто у людей голова устроена иначе. У меня устроена так, что я понимаю только то, что вижу здесь и сейчас.




Для меня «цифра или плёнка?» — вопрос эргономики. Это не снобизм. Я реально не умею снимать на цифру, как мне бы хотелось. Хотя начинал как раз с цифры. 


Когда я решил серьёзно заняться фотографией, пошёл в магазин и купил себе фотоаппарат: это был первый «Canon» цифровой, который стоил каких-то космических денег. Покупал в кредит, потому что денег у меня не было. Ходил с ним, трясся, а по сути, если сейчас взглянуть — ничего особенного, кусок пластмассы. А я страшно боялся, что с ним что-то случится. В конце концов, я понял, что мне нужен простой и дешёвый фотоаппарат "на каждый день", который было бы не жалко везде с собой таскать. Чтобы снимать в дождь, в мороз, по колено в говне, извиняюсь. Такая рабочая камера. И я купил плёночный «Canon», типа «Зенита», старый-старый. И произошла странная метаморфоза, потому что уже через неделю, я за него стал бояться больше, чем за —«цифру», которая в итоге вообще была заброшена и позабыта.  




Я снимаю на цифру, когда это совсем «работа-работа». Но я не из тех, кто считает, что цифра — это «фу».


Свадьбы я не снимаю. Просто не умею делать это хорошо. А делать так себе и дёшево не имеет смысла. Есть три человека в Питере и ещё несколько человек в мире, которые снимают свадьбы так, что на это можно смотреть, как на фотографию с большой буквы, условно.


Написать в контакте «Михаил Павловский. Свадебный фотограф» можно только один раз в жизни.




Я гораздо больше люблю смотреть фотографии, чем снимать.


Был период, когда живопись меня интересовала гораздо больше фотографии. Вообще я очень жалею, что не умею рисовать. Даже на уровне «палка-палка-огуречик».


Анри-Картье Брессон (выдающийся французский фотограф — прим. «Идiотъ») перестал снимать в конце жизни. Он даже фотоаппарат называл «блокнотом для набросков». Кончилось всё тем, что великий фотограф бросил снимать и сосредоточился на рисунке. 


Если б я умел рисовать, я бы может и не фотографировал.





Есть такое городское мероприятие, которое по счастью проводится всего один раз в год — Фотобиеннале Русского Музея. Происходит это так. Даётся объявление: эй, чуваки! кто в курсе, что Фотобиеннале, регистрируйтесь и присылайте нам свои фоточки. Кто отбирает эти фотографии —  загадка. В буклете ни одной фамилии: ни куратора, ни членов жюри. Тексты пишут фантастические. Запомнилась такая строчка: «На биеннале представлен срез пласта современной российской фотографии». Срез пласта, понимаешь? Ну что тут, как говорится…  




Я люблю театр. Нет, я конечно, его ненавижу. Почти пятнадцать лет в нём работаю. Но я не понимаю, как можно любить/ненавидеть театр «вообще». Нельзя любить театр «вообще».


Мне интересно снимать театральных артистов, но с ними возникает проблема — они всегда знают, что делать. Хуже только модели профессиональные.


Не люблю классический балет. Что-то странное это.


Очень мало людей, которые интересуются чем-то, кроме того, что у них внутри.


Чем старше становишься, чем меньше восторга от того, что происходит вокруг.


Даже у самого благодарного зрителя возникает иногда: ну давай, удиви меня! Не будешь удивлять? Всё. Я пошёл.




Бороться нужно всегда и со всем.


Общей реальности не существует. Есть только точки пересечения.


Чувство реальности возникает, когда приезжаешь в Купчино и тебя бьют по морде. Вот точка пересечения твоей реальности с чужой.




Мне нравятся места, где ничего не происходит. Можно сесть в уголке и понаблюдать за тем, как ничего не происходит.


От рутинности можно научиться получать удовольствие. Как будто смотришь бесконечное кино..  но вдруг оно перебивается рекламной паузой: где-то что-то снесли, где-то разрыли, не пройти там, где раньше можно было. Это бесит.


Последнее время, в какой бар не зайдёшь — везде нравится.  Столько интересных людей! Но это, как с городом, когда приезжаешь в него первый раз. Ходишь, ахаешь, восторгаешься.. Но посмотрим, дружок,  как ты запоёшь через полгода.


Мне нравился старый «Терминал», из того, что сейчас — еврейский фаст-фуд Илья Базарского на Пяти углах, например.


Улица Рубенштейна — это такая «улица Улисса». Там всегда что-то происходит и днём и ночью. Когда идёшь по ней, погружаешься в особую атмосферу. Обязательно встретишь кого-нибудь знакомого и не одного, как правило. Узнаешь новости какие-то, где что и с кем происходит. Такой радостный стресс встречи всё время испытываешь. .




Однажды я попался на глаза Дмитрию Дмитриевичу Месхиеву, и он позвал меня работать к себе в картину, а потом на студию. Лет пять я там просуществовал.


Фотограф в кино —  профессия романтически-загадочная. Это человек, который с одной стороны входит в младший состав операторской группы, а с другой — ты предоставлен самому себе. Фотографировать надо всё, начиная от съёмочного процесса и заканчивая рекламой. Постепенно начинаешь понимать, что тебе надо снять за день. Но ты сам по себе. Есть съёмочная группа, а есть чувак, который ходит, фотографирует чего-то.


Не могу смотреть современное кино, голливудское в особенности. Вижу картинку и понимаю, что такой картинки нет. Реального в кадре — вообще ничего. Сделанное изображение. Ничего живого.


Я смотрю много плохих фотографий. Но иногда среди них попадаются жемчужины, и ты испытываешь радость, ради которой стоит потерпеть всё остальное. 


Хорошая фотография — это чужой сон, который тебе понятен. 





Post Scriptum

Ты слышал историю о «хорошем сантехнике»? Жил-был в  Нью-Йорке некий айтишник, работал в какой-то корпорации, весь в бизнесе и т. д. И вот он вдруг ударился в дауншифтинг. Сначала уехал куда-то в Южную Америку, потом ещё куда-то. Кончилось всё тем, что он приехал в Питер, купил микроавтобус и стал просто хорошим сантехником. Ни слова по-русски не знает, просто — хороший сантехник.



материал подготовил А. Юрьев


 

Об авторе


 

Михаил Павловский


Родился 14 июля 1977 года в Ленинграде. С 1994 по 2000 год учился на философском факультете СПБГУ.


Член Союза фотохудожников России с 2007 года.

С 2008 по 2011 год — фотограф-оператор на киностудии RWS.


Снимал для театров: им. Ленсовета, «Пушкинская школа», НеБДТ Льва Эренбурга, «Мастерская» Г. Козлова и др.


Публиковался в журналах: «Афиша», «Петербургский театральный журнал», «Театральный Петербург» и др.



Автор мастер-класса "Актерское портфолио - сложная степень портрета" в Академии Фотографии СПб.

Живёт в Санкт-Петербурге. 


Выставки:

сентябрь 2007 — коллективная выставка в рамках проекта «Новый Ангеларий» (Москва, Музей Современного Искусства)

май 2009 — коллективная выставка «Письмо другу / Ode to Friend» (Ярославский Художественный музей)

декабрь 2009 — коллективная выставка «Два города / Two Towns» (Ярославский Художественный музей)

апрель 2010 — коллективная выставка «You Are Here» (Москва, выставочный центр «Полис-Дизайн»)

август 2010 — коллективная выставка «Мне не нужен этот город без тебя» (Санкт-Петербург, галерея «Стачка»)

октябрь 2010 — персональная выставка «Ждать» (Санкт-Петербург, в рамках проекта «Живое пространство»)

сентябрь 2011 — коллективная выставка «Небесные верлюжата» (Fotoausstellung "Himmlische Kamelfohlen" NDK Wurzen, Germany).